пятница, 25 марта 2011 г.

Баба Маша.

Ночь…
Рождество.
Центральная больница.
Второй этаж……палата номер
пять.
- Вам плохо, баба Маша?
- Нет…
- Не спится?
(во тьме тихонько
скрипнула кровать)
- Пойти что ль побродить по коридору? -
старушка,
встав, прошаркала к окну.
раздвинула коротенькие шторы:
- А снегу-то……а
снегу!!! Ну и ну.
Ты глянь, дорогу снова завалило –
машины завтра будут
буксовать.
Ох….Господи….кого-то на носилках
завозят в отделение
опять.
- Не к нам ли?
- К нам!
А Пётр-то Иваныч….устал, поди
-
хирург наш дорогой.
Днём на ногах, а тут ещё и на ночь
больных
везут.
- Работа…
- Боже мой.
Мороз ложился красочно на стёкла.
В загадочном сиянье
фонарей
снежинки оседали неохотно
на кружево берёзовых ветвей.
И
ангелов невидимые лица,
сквозь инея узоров колдовство
смотрели в окна
маленькой больницы
в таинственную ночь под Рождество.
Слышна из коридора
суматоха:
- Скорее! Пётр Иванович….Сюда!
К нам новенький…..Больному очень
плохо…
- В сознании?
- В сознании….да-да….
И снова тишь.
- Ложитесь,
баба Маша.
- Да, правда…чтой-то мне не хорошо….
Разволновалась(в
возрасте-то нашем
волнение уже запрещено).
Но вдруг в окно увидела
случайно,
как женщина спускается с крыльца, -
она лишь час назад
сопровождала
больного – то ли брата, то ль отца
Расстроена (ещё
бы!)
Прячет слёзы.
И вдруг:
- Ох, поскользнулась… Ай-яй-яй!
Упала…
не встает.
Помилуй, Боже!
Вставай, моя хорошая… Вставай!
Вы что там говорите, баба Маша? -
(соседка по кровати всё не спит)
- Да
здесь…..упала женщина……бедняжка.
- Не вижу…. Где?
- Ну, вот
же…….вот…..лежит.
Помочь ей надо как-то.
- Кто ж поможет?
Врачи теперь
все заняты больным.
Старушка заметалась:
- Это что же?
Там
человек……упал…..а мы стоим.
Ночь на дворе - она не шелохнётся -
того гляди
– замёрзнет через час.
Ох…сердце…..непривычно как-то бьётся…
Я мигом….я
бегу уже…сейчас!
- Куда же Вы? Постойте, баба Маша!
Ну, что за беспокойная
душа?!!!
Бабуленька, набросив старый плащик,
покинула палату, чуть
дыша.
А ангелы участливо смотрели
старушке опечаленной во
след,
фиксируя последние мгновенья
семидесяти выстраданных лет…
Не правда!
Жизнь – не только цепь страданий –
ведь счастье невозможно
испытать,
другим свою любовь не отдавая.
Она привыкла радостно сгорать
дарить тепло души и сердце людям -
незримо….бескорыстно и
легко.
Смеялась: мол, от сердца не убудет.
«Я, кажется, забыла
валидол…
на тумбочке, наверное, остался.
не важно..…мне бы женщине
помочь.
как тяжело…… по лестнице спускаться…»
Метельная, рождественская
ночь
на белых-белых крыльях уносила
тепло души уже к иным мирам
старушки, что смогла прожить красиво,
и столь же благородно умерла
не нА людях - на лестничной площадке,
к перилам прислонившись
головой.
Лишь ангелы седой касались прядки
невидимой, заботливой рукой.

Привет, малыш!


Привет, малыш
Ну как дела, что слышно?
Оставь ботинки, я уж как-то сам...
Что на работе у меня? да все обычно,
Устал как черт, - не офис, а бедлам...
Что, ужинать? Спасибо, дорогая!..
А ты опять весь вечер у плиты?
Устала? Да не ври, вон бледная какая
Сядь посиди со мной, не надо суеты,
Я сам возьму что нужно - не безрукий...
И брось посуду, вымою потом
Вот только посижу с газетой три минутки...
Опять бежишь куда-то?.. вот дурдом.
Да сам принес бы я газету, ради бога,
Ну что ты носишься вокруг меня,
Ты лучше сядь и отдохни немного,
Устала ж точно так же, как и я...
Что, пылесос опять сломался? вот зараза
Придется вскоре новый покупать
Хоть и чинил его уже четыре раза...
А кто вообще тебя просил его включать?
Я ж запретил тебе таскать такую тяжесть!
Опять не слушаешь, что старшие велят,
За это старшие тебя, боюсь, накажут...
Что значит - "как", - ремнем по жопе настучат.
И нечего хихикать, между прочим
Совсем от рук отбилась, стыд и срам...
Ах так? мы ко всему еще и рожи корчим?
А ну неси ремень... нет, погоди, я сам...
Встань на коленки и проси прощенья.
Не так, погромче, и смотри в глаза.
Словам хозяев нужно придавать значенье,
И усекать - что можно, что нельзя...

...ну все, не плачь, малыш, попей водички,
прости меня, сорвался, как барбос,
Я правда не хотел, но вышло по привычке,
Дурную крышу черт опять унес.
Давай-ка вытрем слезки, вот платочек,
Ложись под одеяло, грейся, не дрожи...
Ты, может, чаю или кофе хочешь?
Я мигом принесу, ты только мне скажи...

...Как опьяняет чувство бесконечной власти!..
Как кружит голову взирать на мир с вершин...
Но лишь тогда познаешь силу этой страсти,
Когда ты - Дом, Хозяин, Мастер, Господин...

Любимые...

Любимые уходят не из дома,
Любимые уходят из души...
Проклятый телефон со зла изломан,
Ломаются в руках карандаши.

Кому звонить? Кому писать? Все тщетно.
В пустой квартире эхом бродит звук.
В углы, как в паутину, незаметно
Вползает одиночество - ПАУК.

Ты вдруг поймешь отчаянно и странно,
Что ты один! Один среди теней
И что в воспоминаниях вчерашних
Блуждать придется очень много дней.

До новой встречи будет путь не ближний
Отринь скорее прошлое свое.
Бывает, не хватает целой жизни
Понять душой, что вот оно- твое!

Услышьте все, кому печаль знакома!
ЛЮБИМЫХ НЕ ТЕРЯЙТЕ НИКОГДА!
Любимые уходят не из дома,
Они из нас уходят навсегда...


Я не хотела уходить...

Я вовсе не хотела уходить.
Но не хватило силы улыбнуться,
Смолчать, стерпеть, перегореть, остыть,
Простить. Через себя ступить. Прогнуться.

…Сломалась. Сигаретного дымка
Контрольный выстрел вслед: невозмутимость.
В переплетеньях «здравствуй» и «пока»,
Как будто уходить – необходимость -

Запуталась. Как горько покидать!
Как тяжело обратно возвращаться –
Углы немых упреков огибать,
Глазами по привычке не встречаться,

Молчать. День ото дня прозрачней нить
Последнего, связующего шанса.
Я бы могла совсем не уходить.
Но ты ни разу не сказал «останься».